Красные фрески Помпеев изначально были жёлтыми

Красные фрески Помпеев изначально были жёлтыми

Иссле­до­ва­ние пока­за­ло, что « пом­пей­ский крас­ный цвет » воз­ник, когда газы Везу­вия всту­пи­ли в реак­цию с жел­той крас­кой.

Когда в XVIII в. Вели­ко­бри­та­нии достиг­ло изве­стие о сен­са­ци­он­ном откры­тии рим­ских горо­дов Пом­пеи и Гер­ку­ла­нум, « пом­пей­ский крас­ный » цвет стал популя­рен при отдел­ке малень­ких сто­ло­вых — и оста­ет­ся популяр­ным и поныне.

Но, кажет­ся, пора уточ­нить цве­то­вую схе­му. Соглас­но послед­не­му иссле­до­ва­нию, пред­став­лен­но­му на про­шлой неде­ле в уни­вер­си­те­те Сапи­ен­ца в Риме, широ­кие поло­сы ярко-крас­но­го « пом­пей­ско­го » цве­та на фрес­ках в этом горо­де в дей­ст­ви­тель­но­сти нача­ли свою жизнь как жел­тые, а в крас­ные их пре­вра­ти­ли газы, выпу­щен­ные Везу­ви­ем при извер­же­нии в 79 г. н. э.

Экс­пер­ты уже дав­но поня­ли, что неко­то­рые из типич­ных ярко-крас­ных фре­сок в Пом­пе­ях и Гер­ку­ла­ну­ме пер­во­на­чаль­но были жел­ты­ми. Но новое иссле­до­ва­ние, про­веден­ное Ита­льян­ским Нацио­наль­ным инсти­ту­том опти­ки, пред­по­ла­га­ет пол­ную сме­ну цве­тов.

Сер­джио Ома­ри­ни, пред­ста­вив­ший откры­тия инсти­ту­та, заявил: « На дан­ный момент 246 стен вос­при­ни­ма­ют­ся как крас­ные, и 57 — как жел­тые. Но послед­нее иссле­до­ва­ние пока­за­ло, что эти циф­ры долж­ны состав­лять, соот­вет­ст­вен­но, 165 и 138 » .

« Откры­тие поз­во­ля­ет нам пере­осмыс­лить пер­во­на­чаль­ный внеш­ний вид горо­да и увидеть его совер­шен­но отлич­ным от наше­го обыч­но­го пред­став­ле­ния, в кото­ром пре­об­ла­дал крас­ный, даже “пом­пей­ский крас­ный” цвет » .

Энд­рю Уол­лес-Хэд­рилл, про­фес­сор клас­си­че­ской лите­ра­ту­ры Кэм­бридж­ско­го уни­вер­си­те­та и автор кни­ги « Дома и обще­ство в Пом­пе­ях и Гер­ку­ла­ну­ме » , ска­зал: « Пара­докс здесь еще и в том, что крас­ную крас­ку в антич­но­сти посто­ян­но под­де­лы­ва­ли. Она была крайне доро­гой и цен­ной. Насто­я­щую ярко-крас­ную крас­ку изготав­ли­ва­ли на осно­ве minium [сурик, крас­ный сви­нец], кото­рый при­во­зи­ли из Арме­нии. Цвет, кото­рый мы обыч­но счи­та­ем “пом­пей­ским крас­ным”, — это вари­ант для бед­ных; он полу­чал­ся, когда на жел­тые сте­ны нано­си­ли тон­кий слой крас­ной крас­ки » .

По его сло­вам, даже экс­пер­там труд­но раз­ли­чить в Пом­пе­ях крас­ные цве­та: под­лин­ная доро­гая крас­ная крас­ка, деше­вый вари­ант и тот цвет, кото­рый полу­чил­ся в резуль­та­те извер­же­ния газов. Но ино­гда послед­ний мож­но иден­ти­фи­ци­ро­вать по « вол­но­об­раз­ным следам » : « Вы може­те увидеть на стене крас­ную поло­су, кото­рая посте­пен­но пре­вра­ща­ет­ся в жел­тую » .

Воз­мож­но, самые извест­ные крас­ные фрес­ки из Пом­пей — это фрес­ки с так назы­вае­мой « Вил­лы мисте­рий » , на кото­рых таин­ст­вен­ные груп­пы фигу­ры совер­ша­ют зага­доч­ные риту­а­лы на ярко-крас­ном фоне.

По сло­вам Уол­лес-Хэд­рил­ла, эти сте­ны почти навер­ня­ка пер­во­на­чаль­но были крас­ны­ми, хотя их яркость и блеск потуск­не­ли из-за гру­бой рестав­ра­ции в нача­ле XX в. « Это, веро­ят­но, — доро­гая, насто­я­щая крас­ная крас­ка, — ска­зал он. — Конеч­но, слиш­ком рано отка­зы­вать­ся от пред­став­ле­ния о пом­пей­ском крас­ном цве­те и счи­тать его мифи­че­ским » .

Мэри Бирд, про­фес­сор клас­си­че­ской лите­ра­ту­ры Кэм­бридж­ско­го уни­вер­си­те­та и автор кни­ги « Пом­пеи » , сооб­щи­ла: « Я все­гда с неко­то­рым подо­зре­ни­ем вос­при­ни­ма­ла эти заяв­ле­ния. Мы зна­ем, что неко­то­рые крас­ные крас­ки рань­ше были жел­ты­ми, но я не уве­ре­на, что мож­но без сомне­ний гово­рить о соот­но­ше­ни­ях. Тем не менее, совер­шен­но несо­мнен­но, что жар ока­зал неко­то­рое воздей­ст­вие на крас­ки; это еще один при­мер, дока­зы­ваю­щий, что Пом­пеи — это не “кап­су­ла вре­ме­ни”, как мы когда-то счи­та­ли » .

Обна­ру­же­ние в Пом­пе­ях, Гер­ку­ла­ну­ме и дру­гих местах домов, кото­рые каза­лись нетро­ну­ты­ми, ока­за­ло огром­ное воздей­ст­вие на раз­ви­тие сти­ля в Вели­ко­бри­та­нии. Несколь­ко поко­ле­ний пред­ста­ви­те­ли выс­ше­го клас­са испы­ты­ва­ли это вли­я­ние, посе­щая Ита­лию в ходе тра­ди­ци­он­но­го путе­ше­ст­вия по Евро­пе, и не послед­ним из них был архи­тек­тор сэр Джон Сон, наблюдав­ший рас­коп­ки в 1780 г. Тим Нокс, дирек­тор музея сэра Джо­на Сона, счи­та­ет, что « пом­пей­ский крас­ный был его люби­мым цве­том » , судя по тому, как часто он исполь­зо­вал его в деко­ра­тив­ных схе­мах.

Аман­да Вике­ри, про­фес­сор исто­рии Лон­дон­ско­го уни­вер­си­те­та короле­вы Марии и автор кни­ги « За закры­ты­ми две­ря­ми: дома в геор­ги­ан­ской Англии » , ска­за­ла: « Путе­ше­ст­вие по Евро­пе опре­де­ля­ло куль­тур­ные осо­бен­но­сти пра­вя­щей эли­ты в тече­ние 150 лет. Это был как бы про­ме­жу­точ­ный год, и за это вре­мя в памя­ти чело­ве­ка запе­чатле­ва­лось, что такое хоро­ший вкус » .

Форум Our Terra: Красные фрески Помпей изначально были жёлтыми – Форум Our Terra

Скрыть сообщение Показать сообщение

  • Форум Our Terra
  • >Mysteries of History – Загадки Истории и Тайны древних цивилизаций
  • –>Вход –>
  • Регистрация
  • Правила

  • Выберите фоновый рисунок

    Красные фрески Помпей изначально были жёлтыми

    –> #1 Admin –> Admin

    • Группа: Администраторы
    • Сообщений: 5 507
    • Регистрация: 12 Июнь 10

    Когда в XVIII веке мир узнал об открытии римских городов Помпеи и Геркуланум , в Великобритании вошёл в моду « помпейский красный » цвет. Говорят, он по сей день доминирует в оформлении гостиных.

    Однако исследователи из итальянского Национального института оптики выяснили, что знаменитый красный фон помпейских фресок в действительности был жёлтым. Красноту им придали газы, выброшенные Везувием во время катастрофического извержения 79 года.

    Вилла мистерий (фото twiga_swala ).

    Собственно, эксперты давно уже поняли, что некоторые красные фрески изначально были жёлтыми. Итальянцы просто довели предположения до логического конца. Серджио Омарини представил выводы своей группы в Римском университете Sapienza. В частности он отметил: «На данный момент насчитывается 246 красных стен и 57 — жёлтых. По нашим данным, изначальные цифры были такими: 165 и 138 соответственно».

    Эндрю Уоллес-Хадрилл из Кембриджского университета (Великобритания) так комментирует исследование: «Ирония судьбы заключается в том, что в древности красный пигмент, считавшийся очень ценным, постоянно подделывали. Настоящий красный цвет получали благодаря сурику из Армении, а в Помпеях зачастую использовался вариант для бедных».

    Отличить один помпейский красный от другого (дорогой, дешёвый и бывший жёлтый) не под силу даже специалистам. С последним, правда, легче: порою заметно, что красный постепенно переходит в жёлтый.

    Одна из самых известных коллекций красных фресок в Помпеях находится на так называемой Вилле мистерий . Они изображают загадочные фигуры, участвующие в неком ритуале. Г-н Уоллес-Хадрилл считает, что почти наверняка фон этой росписи был дорогим, настоящим красным, хотя его яркость снизилась из-за неумелой реставрации начала XX века. По его словам, «помпейский красный» вовсе не миф.

    Мэри Бёрд, тоже из Кембриджского университета, отмечает: «Я всегда немного подозрительно отношусь к подобным заявлениям. Мы знаем, что некоторые красные фрески были когда-то жёлтыми, но я не уверена, что мы можем рассуждать о пропорциях. Безусловно, верно, что тепло оказало некоторое воздействие на цвет. Это ещё одно свидетельство того, что Помпеи не капсула времени».

    Надписи, фрески и помпейский красный

    Раскопки в Помпеях открывают не только избирательные надписи на внешних стенах домов или мелкую бытовую утварь. Среди находок археологов — высокохудожественные фрески и другие декоративные элементы интерьеров в жилищах помпейцев. Подробнее об этом рассказывает Юлли Улетова, автор сайта Помпеи: шаг за шагом.

    Обвалившаяся фреска с грифоном

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    В одном из предыдущих выпусков этого блога я уже рассказывала о предвыборных надписях, открытых в этом сезоне в Помпеях. С тех пор были найдены новые.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Вот еще одна надпись с упоминанием уже знакомого нам Луция Альбуция Цельса. Обилие избирательных призывов с его именем в этом районе еще более 100 лет назад заставило исследователей предположить, что Дом Серебряной Свадьбы, один из немногих раскопанных в V районе, принадлежал ему.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Здесь также интересна особенность нанесения нового лозунга поверх старого. Очевидно, что старая надпись не относится к избирательной кампании 79 года, об этом говорит ее тусклый цвет. Но почему штукатур, выкрасивший место под имя Альбуция, сместил свою надпись относительно уже ненужной, непонятно.

    Еще одна замечательная находка, связанная с выборами, это tabula ansata. Вообще tabula ansata — это «табличка с ручками», пластинка определенной формы (с концами в виде ласточкиных хвостов) для выделения какого-нибудь текста (на солдатском щите, на скульптурном памятнике, на мозаике и так далее). В избирательной кампании tabula ansata использовалась для привлечения внимания к надписи. И вот очередная «табличка» открыта при раскопках переулка Цецилия Юкунда в V районе. По какой-то причине ее так не успели использовать, и она сохранилась ненадписанной.

    Упомянув о надписях на стенах, надо, конечно, рассказать и о новых помпейских фресках. Первая из них появилась на свет еще 12 мая. Это красная фигурка на белом и желтом фоне. Сейчас трудно определить, кого она изображает, но, возможно, дальнейшие исследования смогут помочь в реконструкции сюжета, частью которого она является.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Существует система из четырех так называемых «стилей», разработке которой положил начало немецкий археолог и историк искусства Август Мау. Каждый из этих «стилей» представляет собой комплекс изобразительных и строительно-отделочных приемов, модных в определенное время. С изменением моды предыдущий «стиль» уходил в прошлое, и оказалось, что фресковая живопись позволяет довольно точно датировать исторический период.

    Первый (инкрустационный, структуральный) стиль активно использовал в своем арсенале штукатурку. С ее помощью отделочники создавали архитектурные элементы, которые, на первый взгляд, казались сделанными из мрамора или других материалов. Это не римская мода, скорее еще эллинистическая.

    В Помпеях дома, украшенные в этом «стиле», относятся к 150–80 годам до нашей эры, то есть к доримскому периоду города, когда тот принадлежал италийским племенам оско-самнитам. Однако во многих домах (Дом Саллюстия и другие) этот строгий, даже где-то «брутальный» декор бережно сохранялся хозяевами в течение столетий. И вот комнату с отделкой в I «стиле» открывают в Доме Юпитера в V районе.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    В 79 году, когда Помпеи погибли, такой декор был уже давно не в моде, так что, возможно, дом, которому принадлежит эта комната, был построен во II веке до нашей эры.

    Дом Юпитера (это тот, где нашли чудесный бронзовый канделябр) уже частично раскопали в конце XIX века. В том числе, и методом тоннелей, о котором я также рассказывала. К сожалению, сохранившаяся декоративная отделка его стен к нашему времени пришла в упадок, некоторые фрески были вырезаны и по традиции отправлены в музей в виде картин в рамах. Современная же археология подразумевает укрепление и защиту фресок на стенах, а в дальнейшем реставрацию и реконструкцию, включая осыпавшиеся фрагменты.

    Еще одна комната в Доме Юпитера украшена в другом «стиле» — третьем, или «орнаментальном». Он был моден на рубеже тысячелетий (15 год до нашей эры — 40 год нашей эры) в столице, в Риме, а в Помпеях «задержался» вплоть до землетрясения 62 года. В нем уже нет никакого объема — ни натурального, ни иллюзорного, а детали верхнего яруса стен плоские и условные.

    Made In Pompeii

    Значит, несмотря на бережное отношение к старомодной отделке одного из помещений, владельцы Дома Юпитера вполне шли в ногу со временем и для других комнат заказывали современный, как сейчас сказали бы, дизайн.

    Ярко-красный цвет стен этой комнаты — хороший образец так называемого «помпейского красного», который настолько поразил европейцев при открытии Помпей, что стал модным и в оформлении интерьеров Старого Света.

    Made In Pompeii

    Также хорошо виден выход бурбонского тоннеля в комнате третьего «стиля».

    Made in Pompeii

    Особый интерес вызывает сюжетная фреска, которую истолковали как эпизод из мифа об Афродите и Адонисе: печально склонившись, богиня стоит рядом со смертельно раненным юношей в окружении эротов. Пока это единственная картина на мифологический сюжет среди всех открытых фресок в V районе.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Еще один дом — новый, не исследовавшийся, даже не имевший собственного имени — дарит нам замечательные яркие фрески с фигуративным декором. Дом располагается в 7 инсуле V района, прямо напротив входа в Дом Серебряной Свадьбы и, видимо, занимает весь юго-западный ее угол.

    Снова помпейский красный, а также другой цвет, популярный в росписях Помпей, — охра. Среди изображений — цветы, павлин, попугай, куропатка, лебедь, олень, фантастические животные типа грифонов. И, конечно же, дельфины, давшие новому дому название — Casa dei Delfini / Дом Дельфинов. Все это великолепие прекрасной сохранности вновь возвращает нас к третьему «стилю».

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    А вот, кажется, тоже стены красного цвета. Однако это не так. Изначально цвет был желтым, и только высокая температура разных фаз извержения Везувия изменила его на красный. Этому новому цвету не хватает насыщенной глубины помпейского красного.

    Parco Archeololgico di Pompei

    Как я уже рассказывала ранее, производители королевских раскопок в Помпеях не интересовались сломанными предметами. То же самое касалось и фресок: осыпавшиеся фрагменты, конечно, никому были не нужны и отправлялись в отвал.

    Вот один из таких фрагментов — разбитое на три части изображение грифона. Это явно украшение верхнего или, возможно, нижнего яруса стен. Упавшее ли при обрушении стен из-за удара вулкана, поврежденное ли при снятии со стен основных, центральных панно-картин для музея или при прокладывании раскопочных тоннелей, оно было выброшено в мусор и теперь найдено при раскопках в перемешанном грунте, покрывшем древний город поверх слоев вулканических продуктов.

    Обвалившаяся фреска с грифоном

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Таких обломков при первоначальном освобождении кварталов V района в насыпанном грунте XIX-XX веков не так уж мало. Скорее всего, восстановить их первоначальное положение будет весьма трудно, если не вовсе невозможно. Никаких отметок, откуда свозили грунт в V район, археологи прошлого не оставили.

    Все эти чудесные открытия и находки происходят из так называемого V района города, который фрагментарно раскапывался в конце XIX века. Это первые масштабные раскопки в Помпеях за последние лет пятьдесят, если не больше. Работы здесь производят с использованием всех новейших достижений науки и техники, включая дроны, георадар, лазерные сканеры, микрокамеры и тому подобное. Междисциплинарная команда исследователей состоит из 40 человек: археологов, антропологов, архитекторов, реставраторов. Кроме того, при необходимости к работам привлекаются другие специалисты, например геологи, зоологи или ботаники.

    Также одной из целей является устранение или смягчение так называемого гидрологического риска, то есть опасности оползней и обвалов во время дождей из-за давления грунта на древние стены. Место самого известного разрушения в Помпеях, вызванного как раз проливными дождями и плохим дренажом, это так называемая Казарма Гладиаторов на улице Изобилия.

    Особенность данной территории заключается еще и в том, что сюда в XIX-ХХ веках вываливалась земля из раскопок других районов без какой-либо документации и с некоторым количеством испорченных временем или обращением раскопщиков античных предметов. Фрески, открытые в этом районе ранее, частично уже потускнели, а частично просто утрачены. Тем не менее новые исследования здесь сулят немало находок. И надежда на них уже оправдывается с каждым сообщением из Помпей.

    Надписи, фрески и помпейский красный

    Раскопки в Помпеях открывают не только избирательные надписи на внешних стенах домов или мелкую бытовую утварь. Среди находок археологов — высокохудожественные фрески и другие декоративные элементы интерьеров в жилищах помпейцев. Подробнее об этом рассказывает Юлли Улетова, автор сайта Помпеи: шаг за шагом.

    Обвалившаяся фреска с грифоном

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    В одном из предыдущих выпусков этого блога мы уже рассказывали о предвыборных надписях, открытых в этом сезоне в Помпеях. С тех пор были найдены новые.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Вот еще одна надпись с упоминанием уже знакомого нам Луция Альбуция Цельса. Обилие избирательных призывов с его именем в этом районе еще более 100 лет назад заставило исследователей предположить, что Дом Серебряной Свадьбы, один из немногих раскопанных в V районе, принадлежал ему.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Здесь также интересна особенность нанесения нового лозунга поверх старого. Очевидно, что старая надпись не относится к избирательной кампании 79 года, об этом говорит ее тусклый цвет. Но почему штукатур, выкрасивший место под имя Альбуция, сместил свою надпись относительно уже ненужной, непонятно.

    Еще одна замечательная находка, связанная с выборами, это tabula ansata. Вообще tabula ansata — это «табличка с ручками», пластинка определенной формы (с концами в виде ласточкиных хвостов) для выделения какого-нибудь текста (на солдатском щите, на скульптурном памятнике, на мозаике и так далее). В избирательной кампании tabula ansata использовалась для привлечения внимания к надписи. И вот очередная «табличка» открыта при раскопках переулка Цецилия Юкунда в V районе. По какой-то причине ее так не успели использовать, и она сохранилась ненадписанной.

    Упомянув о надписях на стенах, надо, конечно, рассказать и о новых помпейских фресках. Первая из них появилась на свет еще 12 мая. Это красная фигурка на белом и желтом фоне. Сейчас трудно определить, кого она изображает, но, возможно, дальнейшие исследования смогут помочь в реконструкции сюжета, частью которого она является.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Существует система из четырех так называемых «стилей», разработке которой положил начало немецкий археолог и историк искусства Август Мау. Каждый из этих «стилей» представляет собой комплекс изобразительных и строительно-отделочных приемов, модных в определенное время. С изменением моды предыдущий «стиль» уходил в прошлое, и оказалось, что фресковая живопись позволяет довольно точно датировать исторический период.

    Первый (инкрустационный, структуральный) стиль активно использовал в своем арсенале штукатурку. С ее помощью отделочники создавали архитектурные элементы, которые, на первый взгляд, казались сделанными из мрамора или других материалов. Это не римская мода, скорее еще эллинистическая.

    В Помпеях дома, украшенные в этом «стиле», относятся к 150–80 годам до нашей эры, то есть к доримскому периоду города, когда тот принадлежал италийским племенам оско-самнитам. Однако во многих домах (Дом Саллюстия и другие) этот строгий, даже где-то «брутальный» декор бережно сохранялся хозяевами в течение столетий. И вот комнату с отделкой в I «стиле» открывают в Доме Юпитера в V районе.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    В 79 году, когда Помпеи погибли, такой декор был уже давно не в моде, так что, возможно, дом, которому принадлежит эта комната, был построен во II веке до нашей эры.

    Дом Юпитера (это тот, где нашли чудесный бронзовый канделябр) уже частично раскопали в конце XIX века. В том числе, и методом тоннелей, о котором мы также рассказывали. К сожалению, сохранившаяся декоративная отделка его стен к нашему времени пришла в упадок, некоторые фрески были вырезаны и по традиции отправлены в музей в виде картин в рамах. Современная же археология подразумевает укрепление и защиту фресок на стенах, а в дальнейшем реставрацию и реконструкцию, включая осыпавшиеся фрагменты.

    Еще одна комната в Доме Юпитера украшена в другом «стиле» — третьем, или «орнаментальном». Он был моден на рубеже тысячелетий (15 год до нашей эры — 40 год нашей эры) в столице, в Риме, а в Помпеях «задержался» вплоть до землетрясения 62 года. В нем уже нет никакого объема — ни натурального, ни иллюзорного, а детали верхнего яруса стен плоские и условные.

    Значит, несмотря на бережное отношение к старомодной отделке одного из помещений, владельцы Дома Юпитера вполне шли в ногу со временем и для других комнат заказывали современный, как сейчас сказали бы, дизайн.

    Ярко-красный цвет стен этой комнаты — хороший образец так называемого «помпейского красного», который настолько поразил европейцев при открытии Помпей, что стал модным и в оформлении интерьеров Старого Света.

    Фотография сетевого регионального журнала Made In Pompeii дает хорошее представление об этих двух помещениях. На первом плане как раз видна верхняя часть стен комнаты в первом «стиле», о которой говорилось выше и которая на фотографии представлена в еще не раскопанном состоянии. Также хорошо виден выход бурбонского тоннеля в комнате третьего «стиля».

    Особый интерес вызывает сюжетная фреска, которую истолковали как эпизод из мифа об Афродите и Адонисе: печально склонившись, богиня стоит рядом со смертельно раненным юношей в окружении эротов. Пока это единственная картина на мифологический сюжет среди всех открытых фресок в V районе.

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Еще один дом — новый, не исследовавшийся, даже не имевший собственного имени — дарит нам замечательные яркие фрески с фигуративным декором. Дом располагается в 7 инсуле V района, прямо напротив входа в Дом Серебряной Свадьбы и, видимо, занимает весь юго-западный ее угол.

    Снова помпейский красный, а также другой цвет, популярный в росписях Помпей, — охра. Среди изображений — цветы, павлин, попугай, куропатка, лебедь, олень, фантастические животные типа грифонов. И, конечно же, дельфины, давшие новому дому название — Casa dei Delfini / Дом Дельфинов. Все это великолепие прекрасной сохранности вновь возвращает нас к третьему «стилю».

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    Parco Archeololgico di Pompei

    А вот, кажется, тоже стены красного цвета. Однако это не так. Изначально цвет был желтым, и только высокая температура разных фаз извержения Везувия изменила его на красный. Этому новому цвету не хватает насыщенной глубины помпейского красного.

    Parco Archeololgico di Pompei

    Как я уже рассказывала ранее, производители королевских раскопок в Помпеях не интересовались сломанными предметами. То же самое касалось и фресок: осыпавшиеся фрагменты, конечно, никому были не нужны и отправлялись в отвал.

    Вот один из таких фрагментов — разбитое на три части изображение грифона. Это явно украшение верхнего или, возможно, нижнего яруса стен. Упавшее ли при обрушении стен из-за удара вулкана, поврежденное ли при снятии со стен основных, центральных панно-картин для музея или при прокладывании раскопочных тоннелей, оно было выброшено в мусор и теперь найдено при раскопках в перемешанном грунте, покрывшем древний город поверх слоев вулканических продуктов.

    Обвалившаяся фреска с грифоном

    Massimo Osanna / Parco Archeololgico di Pompei

    Таких обломков при первоначальном освобождении кварталов V района в насыпанном грунте XIX-XX веков не так уж мало. Скорее всего, восстановить их первоначальное положение будет весьма трудно, если не вовсе невозможно. Никаких отметок, откуда свозили грунт в V район, археологи прошлого не оставили.

    Все эти чудесные открытия и находки происходят из так называемого V района города, который фрагментарно раскапывался в конце XIX века. Это первые масштабные раскопки в Помпеях за последние лет пятьдесят, если не больше. Работы здесь производят с использованием всех новейших достижений науки и техники, включая дроны, георадар, лазерные сканеры, микрокамеры и тому подобное. Междисциплинарная команда исследователей состоит из 40 человек: археологов, антропологов, архитекторов, реставраторов. Кроме того, при необходимости к работам привлекаются другие специалисты, например геологи, зоологи или ботаники.

    Также одной из целей является устранение или смягчение так называемого гидрологического риска, то есть опасности оползней и обвалов грунта во время дождей из-за давления грунта на древние стены. Место самого известного разрушения в Помпеях, вызванного как раз проливными дождями и плохим дренажом, это так называемая Казарма Гладиаторов на улице Изобилия.

    Особенность данной территории заключается еще и в том, что сюда в XIX-ХХ веках вываливалась земля из раскопок других районов без какой-либо документации и с некоторым количеством испорченных временем или обращением раскопщиков античных предметов. Фрески, открытые в этом районе ранее, частично уже потускнели, а частично просто утрачены. Тем не менее новые исследования здесь сулят немало находок. И надежда на них уже оправдывается с каждым сообщением из Помпей.

    Красные фрески Помпеев изначально были жёлтыми

    • ЖАНРЫ 359
    • АВТОРЫ 257 769
    • КНИГИ 591 331
    • СЕРИИ 22 052
    • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 551 309

    Красный. История цвета

    Чтобы разъярить быка, ему надо показать красную тряпку. А чтобы привести в ярость философа, достаточно просто заговорить с ним о красном цвете.

    С точки зрения гуманитарных наук «красный цвет» – почти что плеоназм. Красный – архетипический цвет, первый цвет, который человек подчинил себе, научился изготавливать, воспроизводить и разделять на оттенки, сначала в живописи, затем в красильном деле. Это на долгие тысячелетия обеспечило ему первенство среди цветов. Это также объясняет, почему во многих языках одно и то же слово означает «красный», «красивый» и «цветной». Даже если сегодня на Западе самым любимым из цветов несомненно является синий, даже если в нашей повседневной жизни красный теперь занимает весьма скромное место – по крайней мере, по сравнению с эпохой Античности или Средними веками, – он по-прежнему остается наиболее ярким, наиболее заметным из цветов, обладающим наиболее богатыми ассоциативными возможностями в поэзии, в фантазиях и в символике.

    В нижеследующих главах я попытался изложить его долгую историю в западноевропейских социумах от палеолита до наших дней. Это было нелегкой задачей: области жизни, в которых присутствует красный цвет, весьма многочисленны, как и проблемы, которых приходится касаться при его изучении. Историк, подобно лингвисту, социологу или антропологу, всегда может рассказать о красном больше, чем о любом другом цвете. Красный – это океан! Чтобы не утонуть в нем, чтобы эта книга могла уместиться в разумных границах, чтобы она была сопоставима с тремя предшествующими, мне, увы, пришлось некоторые темы оставить в стороне, а другие представить более кратко, некоторые периоды описать менее подробно, некоторых вопросов не касаться вообще, сосредоточась на нескольких основных направлениях (лексика, одежда, искусство, научное знание, символика), чтобы не затеряться в этом хроматическом лабиринте с его неисчислимыми богатствами.

    Настоящая работа – четвертая из серии книг по истории цвета. Первой была «Синий. История цвета» (2000), за ней последовали «Черный. История цвета» (2008), затем «Зеленый. История цвета» (2013); все они опубликованы одним и тем же парижским издательством – Éditions du Seuil. За данной книгой должна последовать пятая, посвященная желтому цвету. Как и остальные книги серии, данная работа построена по хронологическому принципу: это именно история красного цвета, а не энциклопедия красного и уж тем более не исследование роли красного в одном только современном мире. Это книга по истории, где рассматривается красный цвет на протяжении длительного времени и во всех его аспектах, от лексики до символики, включая повседневную жизнь, обычаи, принятые в обществе, научное знание, техническое применение, религиозную мораль и художественное творчество. Слишком часто работы по истории цвета – по правде говоря, их немного – посвящены только сравнительно недавним эпохам и только одной сфере деятельности – живописи. Такое ограничение области исследования неправомерно. История цветов не дублирует историю живописи, это нечто иное, нечто гораздо более масштабное.

    Как и три предыдущие книги, эта работа обладает лишь внешними признаками монографии. Любой цвет не существует сам по себе, он обретает смысл, «функционирует» в полную силу во всех аспектах – социальном, художественном, символическом – лишь в соединении либо в противопоставлении с одним или несколькими другими цветами. По этой же причине его нельзя рассматривать обособленно. Говорить о красном значит – неизбежно – говорить о синем, желтом, зеленом и в особенности о белом и черном.

    Эти четыре книги – и та, что последует за ними, – должны стать кирпичиками в здании, строительством которого я занимаюсь уже более полувека: истории цвета в западноевропейских обществах, от Античности до XIX века. Даже если, как мы увидим на последующих страницах, я по необходимости буду заглядывать в более далекие и более близкие к нам эпохи, мое исследование будет разворачиваться именно в этих (уже достаточно широких) хронологических рамках. Оно также будет ограничиваться обществами стран Западной Европы, поскольку, на мой взгляд, проблемы цвета – это прежде всего проблемы общества. А я, как историк, не обладаю достаточной эрудицией для того, чтобы рассуждать обо всей планете, и не имею желания переписывать или пересказывать с чьих-то слов работы ученых, занимающихся неевропейскими культурами. Чтобы не городить чушь, чтобы не красть у коллег, я ограничиваюсь тем материалом, который мне знаком и который более тридцати лет был темой моих семинарских курсов в Практической школе высших исследований и в Высшей школе социальных наук.

    Попытаться создать историю цвета, даже в отдельно взятой Европе, – дело не из легких. А точнее, неимоверно сложная задача, за которую до недавнего времени не решались взяться ни историки, ни археологи, ни специалисты по истории искусства (в том числе и живописи!). Их можно понять: на этом пути их ждало – и все еще ждет – немало трудностей. Об этих трудностях стоит сказать в предисловии, поскольку они – важная часть сюжета нашей книги и помогут нам понять, почему мы еще столь многого не знаем. Тут, скорее, чем где-либо, стирается грань между историей и историографией.

    Упомянутые трудности бывают трех типов.

    Во-первых, это проблемы идентификации. Мы видим объекты, изображения, произведения искусства и памятники прошлых веков не в их первоначальном цветовом решении, а такими, какими их сохранило для нас время. Иногда разница между их тогдашним и теперешним цветами бывает огромной. Как тут быть? Надо ли их реставрировать, любой ценой возвращать им их предполагаемый первоначальный цвет? Или стоит признать, что воздействие времени само по себе является фактом истории и историк должен рассматривать его в этом качестве? К тому же сегодня мы видим цвета, пришедшие из прошлого, при свете, не имеющем ничего общего с условиями освещения, существовавшими в минувшие века. Свет от факела, масляной лампы, свечи или газового рожка несравним с электрическим. Факт, казалось бы, очевидный, но кто из нас вспоминает об этом при посещении музея или выставки? Какой историк учитывает это в своих работах? И еще о проблемах идентификации: за долгие десятилетия исследователи привыкли изучать объекты, произведения искусства и другие памятники прошлого по черно-белым изображениям, сначала гравюрам, потом фотографиям. И со временем это повлияло на их мышление и восприятие. Работая с документами, книгами и репродукциями, где изображения были преимущественно черно-белыми, они постепенно стали воспринимать прошлое как мир, в котором цвет полностью отсутствовал.

    Следует упомянуть и о трудностях методологического порядка. Зачастую историк оказывается в тупике, пытаясь понять роль и принцип действия цвета в том или ином изображении или произведении искусства. Перед ним встает множество разнообразных проблем – технических, химических, иконографических, идеологических, связанных со свойствами материалов и с их символикой. Как их классифицировать? Как строить исследование? Какие вопросы задать и в какой очередности? Ни один исследователь, ни один научный коллектив до сих пор не предложил четких параметров исследования, которыми могло бы пользоваться все научное сообщество. А в их отсутствии любой ученый – не исключая и меня самого – склонен выбирать из многообразия фактов только то, что необходимо для подтверждения выдвигаемой им теории, и игнорировать все то, что заставляет в ней усомниться. Такой подход нельзя не назвать порочным.

    Третий тип трудностей – гносеологического порядка. Мы не можем безоговорочно применять к изображениям, памятникам и предметам, созданным в прошедшие века, наши современные определения, концепции и классификации цвета. У обществ прошлого эти критерии были иными (а у будущих обществ появятся свои). Сказанное относится не только к категориям науки, но и к особенностям восприятия: например, глаз древнего или средневекового человека воспринимает цвета и цветовые контрасты иначе, нежели глаз человека XXI века. В любую эпоху зрительное восприятие – это феномен культуры. Вот почему при исследовании артефакта историк постоянно рискует допустить анахронизм, особенно если дело касается цветового спектра (который был открыт только в XVII веке), разделения цветов на основные и дополнительные, или теплые и холодные (чистая условность!), закона контрастов, будто бы существующих физиологических и психологических проявлений воздействия цвета. Наши сегодняшние знания, особенности восприятия, общеизвестные «истины» – не такие, какими были вчера и какими станут завтра.

    Фрески Помпей, античная живопись

    Продолжаю свой рассказ об Археологическом музее в Неаполе. В прошлый раз мы с вами посмотрели античные скульптуры, Секретный кабинет и мозаики и остановились перед самым интересным разделом: фресками.

    Фрески Помпей — совершенно отдельное явление в области искусства. Я говорю «Помпей», подразумевая так же фрески, найденные в Геркулануме, Стабиях, Оплонтисе, Боскореале — т.е. во всех городах, разделивших судьбу Помпей и погибших при извержении Везувия в 79 году. Сейчас в раскопанных городах фресок почти не осталось – они были сняты со стен (с разной степенью аккуратности) и переправлены в музеи – по большей части в Национальный археологический музей в Неаполе.

    Стили помпейских фресок

    Античное фресковое искусство, как и любое другое, имело в своем развитии несколько фаз. Классификацией фресок в Помпеях занимался немецкий ученый Август Мау, переехавший в Италию в 1872 году. Он выделил 4 стиля помпейских фресок.

    1 стиль – «инкрустационный» — был распространен в 200-80 гг до н.э. В это время стены домов в Помпеях принято было облицовывать рустом, камнем с необработанной поверхностью, украшать лепниной, а также делать вставки из мрамора или имитировать мраморную поверхность с помощью рисунка.

    На смену ему пришел 2 стиль – «архитектурно-перспективный». Мода на этот стиль продержалась почти век – с 80-х гг до н.э. до 15 г. н.э. Стены жилищ в это время украшались рисунками с изображением колонн, окон, соседних зданий и — уходящего вдаль пейзажа. Впоследствии композицию стали дополнять фигурами людей, сценами на фоне пейзажа.

    3 стиль – «орнаментальный», или «канделябрный», или «египетский» — начался в 15 г и закончился в 62. Колонны и прочие детали строений сменились легким орнаментом (как элемент орнамента в это время часто использовались канделябры). Также были распространены длинные гирлянды из листьев и цветов. Иногда в центре стены, украшенной орнаментом, помещалась небольшая картина.

    В 30 г до н.э. в состав Римской империи вошел Египет, и влияние египетского искусства нашло отражение и в фресковой живописи Помпей: стены жилищ украсились изображением сфинксов, цветов лотоса, цапель, зимородков, египетских богов.

    В 62 году Везувий сделал предупреждающее землетрясение. Многие жилища в Помпеях пострадали, но люди, вместо того, чтобы перебираться на новое место, восстановили поврежденные дома и расписали стены по новой моде. Так возник 4 помпейский стиль, просуществовавший до 79 года — до «окончательного» землетрясения.

    4 стиль называют «фантастическим», или «иллюзорным». В нем присутствуют элементы 2-го и 3-го стилей. Как правило, на фресках изображены мифологические сцены на фоне фантастических, условных строений, гротескных пейзажей, создающих впечатление декораций и театрального действия.

    4-м стилем все и закончилось.

    Внутри стилей Август Мау выделял фазы, но мы не будем сильно углубляться в теорию, а перейдем лучше к практике.

    Фрески в Археологическом музее Неаполя

    Храм Исиды в Помпеях

    Несколько залов Археологического музея занимают ценности, найденные в храме Исиды в Помпеях. Исида — одна из самых почитаемых богинь древнего Египта, жена бога Осириса, богиня-мать Вселенной. Ее культ был широко распространен в греко-римском мире — во многих античных городах были построены храмы в честь богини, ставшей символом материнства и плодородия (ее прообраз в греческой мифологии — богиня Деметра).

    Фрески из храма Исиды:

    Священнодействие. Собравшиеся внимают священнику. Цапля, или птица Бенну, в египетской мифологии олицетворяет бога вечного возрождения (в картине 4 цапли). По одной версии Бенну — душа бога Ра, по другой — птица вылетела из сердца Осириса.

    Прибытие Ио в город Канопус.

    Идиллический сакральный ландшафт. На скале виднеется храм. На переднем плане — цапля.

    Исида и речные боги. Исида перевозит в лодке тело Осириса, собранное из кусков.

    Время создания фресок — около 60 г. 4 помпейский стиль.

    Помимо фресок в зале храма Исиды представлены скульптуры, чаши, эпиграфы.

    Фрески из Боскореале

    «Bosco reale» — в переводе означает «королевские угодья». Находились угодья чуть северней Помпей, туда выезжали охотиться, и построенные здесь виллы использовались предположительно как охотничьи домики.

    В 1893 году в городе Боскореале, была обнаружена вилла Fannius Sinistor с прекрасно сохранившимися фресками. Все эти фрески «на корню» были закуплены США и сейчас выставляются в Метрополитен-музее. Найденный на вилле клад купил Ротшильд и впоследствии передал его в Лувр. Чуть позже там же, в Боскореале, откопали еще несколько фресок – их уже отправили в музей Неаполя.

    Фрески из Боскореале:

    На фреске изображена зала, разделенная колонной. На голове мужчины с копьем (предположительно диадоха Антигона) — характерный для древних македонян головной убор.

    Фреска, написанная в 60-х гг до н.э., является копией фрески III века до н.э., украшавшей дворец или общественное здание в античной Македонии.

    Фрески из Помпей

    Персей освобождает Андромеду. Фреска найдена на вилле Диоскуров в Помпеях, написана в 62-79 годах, 4 стиль

    Жертва Ифигении — фреска найдена в доме Поэта-Трагика в Помпеях, датируется 45-79 годами, 4 стиль.

    Одиссей и Диомед тащат Ифигению на жертвенник. Жертва предназначалась Артемиде, наславший безветрие на греческие корабли, которые из-за полного штиля никак не могли отправиться в Трою.

    Справа стоит священник, готовый совершить жертвоприношение, а отец Ифигении, царь Агамемнон, согласившийся принести дочь в жертву, стоит, отвернувшись и заслонив лицо рукой.

    Но наверху Артемида уже готовит замену — в последнюю минуту на жертвеннике окажется лань, а Ифигения перенесется в Таврию.

    А вот вам картина из жизни — изображение драки между болельщиками, произошедшей в 59 году в амфитеатре в Помпеях. Драка была настолько бурная, что Нерон на 10 лет запретил игры.

    Терентий Нео и его жена. Трогательный портрет семейной пары, написанный на внутренней стене их дома.

    Бахус на фоне Везувия. Да, когда-то Везувий имел совсем другие очертания.

    Похищение Европы

    Орнаменты:

    Фантасмагорическая картина с участием людей и животных:

    Сцена охоты: множество персонажей, порыв, движение — и две неподвижные фигуры под скалой, не вовлеченные в общую сумятицу.

    Здесь тоже — накал действия и невозмутимость:

    Немногословно и с настроением. Минимум цветов, прекрасно по композиции

    Неужели Поццуоли (тогда — Путеолы) были когда-то столь прекрасны?

    Вид на порт Путеолы

    Причудливые архитектурные формы

    Всадники и колонны:

    Сцены жанровые и мифологические:

    «Средь шумного бала»

    Летящие по небу:

    Два зеркальных отражения:

    На фоне скал и строений:

    Конечно, фотографии не могут передать того впечатления от фресок, когда они находятся у тебя перед глазами. Еще более сильное впечатление они оказывают, когда видишь их не в музее, а на стенах домов, где они изначально находились. В дальнейшем мы посмотрим виллы в Геркулануме, Оплонтисе и Стабиях, где фрески еще кое-где сохранились.

    Промокоды
    При покупке тура на Travelata
    -скидка 300 руб. на туры от 20 000 руб. – по промокоду AF300putevye
    -скидка 500 руб. на туры от 40 000 руб. – по промокоду AF500putevye

    Читайте также:  Внутри кольца вырезается отверстие
Ссылка на основную публикацию